Энциклопедия фильмов ужасов и фантастики Энциклопедия советского кино

Online-кинотеатр Классика мирового кинематографа

Mondo Cane

«СОБАЧИЙ МИР»
(Mondo Cane)

Италия, 1962, 105 мин., «Cineriz»
Режиссеры и сценаристы Паоло Кавара, Франко Проспери и Гуалтьеро Джакопетти, композиторы Нино Оливьеро и Риц Ортолани, монтажер и продюсер Гуалтьеро Джакопетти

Смерть всегда интересовала людей. Как могло быть иначе? Популярная серия научно-популярных фильмов «Лики смерти» (1979-90) показывает, как смерть очаровывает людей. Но те фрагменты большей частью вымышленные и неправдоподобные, а картина «Собачий мир», вышедшая 20 годами ранее, полностью построена на подлинных документальных материалах. Если «Лики смерти» призваны шокировать зрителя, то данная картина носит обучающий характер. Картина с необычайной достоверностью показывает родовые ритуалы и обычаи в Африке, странные формы искусства, прекрасные природные ландшафты, религиозные верования, необычных животных и многое другое. Некоторые фрагменты очень жестокие и шокирующие. Католики растирают свои ноги разбитым стеклом, гигантская черепаха, отложившая яйца, жарится на солнце до смерти, вместо того, чтобы возвратиться в море, крестьяне забивают насмерть свиней для всеобщего пиршества, китайский ресторан, предлагающий блюда из собачатины и муравьев, женщина, потерявшая своего ребенка, кормит грудью поросенка. В картине также запечатлен праздник открытия памятника Рудольфо Валентино 23 августа 1961 года в маленьком провинциальном городке Кастелланата на юге Италии. Можно упомянуть такие аналогичные картины, как «Wild Rapture» (1950), «Шокирующая Азия» (1974), «Mondo Magic» (1975), «Libidomania» (1978)…
Хотя именно с этого фильма начался мировой «mondo»-бум, сама идея сенсационной документалистики родилась практически сразу после зарождения кинематографа, эксплуатируя природное любопытство публики ко всему странному, таинственному и неизвестному. Уже в 1900 году Томас Эдисон снимал короткие документальные зарисовки с названиями «Казнь через повешение» и «Убийство электрическим током слона», а к началу тридцатых годов сенсационные документальные фильмы уже были для кинотеатров обычным делом. Публике они позволили прикоснуться к запретному, а их создателям-это самое запретное продемонстрировать. Первыми, кто сообразил, что документальные ленты позволяет демонстрировать темы, в игровом кино находящиеся под запретом, стали американцы Уилльям Кэмпбелл и Уилльям Александер. Из старого немого фильма они взяли сцены с дикими животными, призванными иллюстрировать экспедицию в Африку, а закончили свое антропологическое творение эпизодом жертвоприношения обнаженной дикарки. Так и был создан фильм «Ingagi» (1931), который, несмотря на многочисленные запреты властей, сделал предприимчивым кинематографистам целое состояние-четыре миллиона долларов. Разумеется, за его успехом последовал сонм имитаций, типа «Bowanga Bowanga» и «Forbidden Adventure». Но даже серьезные документалисты того времени не удержались от соблазна заработать денег на интересе публики к жестокой африканской жизни. Реальные исследователи Африки Арманд и Микаэла Деннис в 1955 году сняли сенсационный документальный фильм «Среди охотников за головами», в котором рассказали о своем опыте пребывания в племени каннибалов. Впрочем, вскоре романтическая эра «Великого белого охотника» стремительно ушла в прошлое. На смену африканской романтике пришли брутальные эксплуататоры, давшие жадной до крови публике такие фильмы, как «Voodoo Village», «Savage Africa» и «Kwaheri». Ну, а в начале шестидесятых годов по экранам всего мира с оглушительным успехом прошел родоначальник «mondo»-жанра, фильм Джакопетти, Проспери и Кавара «Собачий мир». Открывался он следующим, теперь уже классическим, текстом: «All the scenes you will see in this film are true and are taken only from life. If often they are shocking, it is because there are many shocking things in this world. Besides, the duty of the chronicler is not to sweeten the truth but to report it objectively». После чего начинается революционное для тех времен повествование, построенное на постоянном контрасте. Начинается оно со сцены открытия галлюциногенного памятника самому известному латинскому любовнику Голливуда Рудольфу Валентино, что открывает тему секса в фильме. Дальше авторы сравнивают сексуальные ритуалы современного Нью-Йорка, где наибольшее внимание женщин привлекает знаменитость, и жительниц архипелага Тробрианд, к востоку от Новой Гвинеи. Там родиться мужчиной-уже испытание, так как по достижению половой зрелости на мужчин начинается настоящая охота. Однако и цивилизованные белые женщины недалеко ушли от своих диких коллег, просто охотятся на мужчин они по другому, прохаживаясь в откровенных бикини по пляжу, заполненному симпатичными моряками. Потом внимание документалистов привлекает продуктовая проблема, особенно остро стоящая у одного из африканских племен, которое раз в пять лет собирается на безумный трехдневный пир, для чего дубинами по голове забивают десятки свиней. Наравне с хозяевами, собаки неплохо питаются в эти дни свининой, ведь даже в диких племенах Африки эти домашние животные любимы и почитаемы, в то время как в США это почитание переходит уже все разумные пределы, выливаясь в особые собачьи кладбища. Ну, а в Тайпее с собаками так не церемонятся, просто-напросто употребляя их в пищу, причем особенно любима там домашняя порода Чау-Чау. В Италии на пасху красят маленьких живых цыплят, потом засовывают их в пасхальные яйца, в Страсбурге для повышения жирности гусиной печени придумали запихивать необходимое количество пищи прямо гусю в глотку с помощью специального механизма. В Японии пошли еще дальше, и на эксклюзивной ферме с утра до ночи толпы массажистов разминают мясо молодых бычков, при этом давая им по шесть литров пива ежедневно. Таким образом, их мясо получается мягким и особенно аппетитным. Почти таким же образом, но в Африке, и в клетках, набирают жир будущие жены престарелого деревенского князя, который сам тощий, но очередную жену себе хочет никак не меньше 120 килограммов. А в Америке наоборот, чтобы выйти замуж, благообразные старушки скидывают жир в специальных спортивных центрах, платя за это немалые деньги. Вот на таких ярких контрастах и живет наш мир, в котором одни едят змей и ящериц, потому что у них нет денег, а другие наоборот, платят баснословные деньги, чтобы отведать тушеных муравьев, жареных тараканов и маринованных крыс в супердорогом экзотическом ресторане Нью-Йорка «Colony». Помимо темы еды и сексуальных традиций, авторы фильма обозревают проблемы экологии, религиозных верований, культа смерти и жизни, мести, социального поведения у разных народов. Заканчивают Джакопетти и Проспери свой фильм историей про африканское племя, которое поклоняется самолетам, считая их райскими колесницами, посланными на землю умершими родственниками. Это племя построило собственную взлетно-посадочную полосу на одном из холмов, поставило туда плетеный макет самолета, и годами ожидает приземления райской колесницы. Очень циничный, но при этом легкий и ироничный фильм смотрится легко и непринужденно, чему особенно способствует грамотная подборка материалов и динамичный монтаж. Для современного зрителя в нем нет ничего шокирующего, но многие эпизоды довольно интересны с познавательной точки зрения. Фильм заработал немалое количество призов и номинаций самого разного уровня, моментально сделав создателей богатыми и знаменитыми. Творческий союз двух итальянцев, Гуалтьеро Джакопетти и на семь лет его младшего Франко Проспери не просто создал новый, уникальный жанр в кинематографе, но и сделал этих людей самыми бескомпромиссными и скандальными кинематографистами своего времени. А начиналось все еще в пятидесятые годы прошлого века, когда профессиональный журналист Джакопетти решил перейти от печатного слова к аудиовизуальным способам подачи информации, то есть к документальному кино. По его мнению, именно оно было идеальным средством для освещения жизненных фактов, ведь только там была возможность наилучшим образом совместить картинку, ее музыкальное сопровождение и закадровый текст, что позволяло максимально усилить воздействие материала на зрителя. Его будущий коллега, Франко Проспери, наоборот, никогда журналистикой не занимался, а был натуралистом, закончив факультет биологии. При этом по специальности он практически не работал, заинтересовавшись теологией, которой посвятил немало времени. Независимо друг от друга, Джакопетти и Проспери в конце пятидесятых годов стали снимать короткие документальные фильмы, но больше всего преуспел в этом деле Джакопетти, быстро получивший признание и уважение коллег. Впервые идея снять полнометражную документальную ленту родилась в голове Джакопетти в 1959 году, во время его путешествий по ночным клубам мира в поисках материала для фильма Аллесандро Блазетти «Мир ночью». Именно в этот момент он понял, что его интересуют не искусственные театральные постановки, а сами люди, их жизнь и настоящие реакции на окружающую действительность. Именно в этот момент Джакопетти знакомится с Проспери, который предлагает ему снять фильм под рабочим названием «Любовь мира». В этой ленте Проспери хотел показать различные аспекты любовных отношений жителей разных уголков планеты, причем не только людей, но и животных. Таким образом родилась идея «Собачьего мира», в котором Джакопетти хотел собрать кадры настоящей жизни, без прикрас и искусственной ретуши показывающих людское существование в разных уголках планеты, странное, пугающее, смешное, но в любом случае-безумно интересное, все, что мало кто из жителей тогдашнего цивилизованного мира видел. Эта радикальная идея безумно понравилась Проспери, который с энтузиазмом занялся логистикой будущих съемок, читая вместе с Джакопетти новостные ленты, отмечая в них события, которые было бы интересно заснять для фильма и подготавливая географическую карту предстоящих экспедиций. Во время своих путешествий за материалом «Собачьего мира» Проспери с Джакопетти были сами поражены тем многообразием сюжетов и событий, которые происходят во всем мире, но о которых цивилизованный человек не имеет абсолютно никакого представления. Документалисты пытались снять все, что имело хоть малейший интерес для будущего зрителя, и этот процесс в общей сложности занял у них почти три года, за которые они отсняли сотни километров пленки! В этом фильме Джакопетти не только представил миру новую повествовательную технику, но еще и новые темы для рассказа, в частности, тему смерти, которую до него в документальном кино практически не трогали. В те времена существовал негласный запрет на показ настоящей смерти человека на экране, который радикальные документалисты попросту проигнорировали, введя, тем самым, документальное кино в новую эру. В ту эпоху основной целью было не информировать, а шокировать зрителя, и самой первой из таких лент был именно «Собачий мир», ставший, по сути дела, основой нового жанра в кинематографе. При этом, как истинно талантливые режиссеры, Проспери с Джакопетти активно манипулировали эмоциями зрителя, чередуя тяжелые кровавые сцены с веселыми и легкими зарисовками из светской жизни, дикий контраст которых постоянно поддерживал в аудитории неослабевающий интерес к фильму. Исключительно важным для Джакопетти было и музыкальное сопровождение ленты, которое не должно было быть просто фоновым заполнителем, но само являлось рассказчиком истории. Для написания оригинальной музыки к фильму был приглашен композитор Риц Ортолани, который моментально прочувствовал бескомпромиссную революционность фильма, и совместно с Нино Оливьеро создал к нему не менее впечатляющее музыкальное сопровождение. Его заглавная тема под названием «More» моментально стала международным хитом, и даже выдвигалась на получение «Оскара». Перепетая бессчетное количество раз самыми разными артистами, начиная от Фрэнка Синатры и заканчивая Джуди Гарланд, со временем эта композиция стала настоящей классикой, и до сих пор находится в активной ротации по всему миру, а в Италии ее очень часто исполняют на свадьбах. Когда после трех лет напряженной работы «Собачий мир», наконец-то, вышел на экраны итальянских кинотеатров, ленту ждал оглушительный успех у публики, которая на протяжении недель простаивала в очередях. С критикой же ситуация обстояла несколько иначе, и на режиссеров посыпались многочисленные нападки, начиная с обзывания порнографами и заканчивая обвинениями в пропаганде насилия. Фильм стал хитом не только в родной для авторов Италии, но и по всему миру, на равных конкурируя в Штатах с такими грандами как «Лоуренс Аравийский» Дэвида Лина и «Птицы» Альфреда Хичкока. На Каннском кинофестивале картина номинировалась на «Золотую пальмовую ветвь». Оценка 4 балла.

Online-кинотеатр Классика мирового кинематографа